Линда спела лучшие хиты в Тюмени

«Я – ворона, я – ворона», – кричит андрогинная девушка во всём черном. В кожаном плаще она то угловато извивается всем телом, то замирает и только чёрные губы как заклинание транслируют слова песни. Такой я увидела Линду в детстве. Такой она была в 90-ые на телеэкранах в клипе «Ворона». Тогда она была на пике популярности, правда и сейчас это одна из самых загадочных звёзд российской сцены, которая собирает полные залы.

В тюменском «Максимилиансе», как и всегда, многолюдно. Большинство из тех, кто выбрал столики, явно решили понастольгировать: в районе бара и то дело появлялись мужчины в солидных костюмах их нарядные спутницы. Были и true-рокеры – девушки в тёмных джинсах и футболках с волосами до пояса. На огонёк заглянули и «клубные чики» – девушки в обтягивающе-открытом уверенно перемещались в пространстве на высоченных каблуках, непременно с бокалом в руках, и всё также непременно пританцовывая даже под фоновую музыку.


Людей на танцполе постепенно становится всё больше и больше. Как только на сцене появляется сама Линда, над головами многих начинают мигать экраны мобильных телефонов. Фронтвумен вместе со своим бэндом, без всякого предисловия, начинают играть, не жалея барабанных перепонок своих поклонников. Давний знакомый, который неожиданно составил компанию на этот концерт, после двух-трех песен предлагает отойти подальше к бару. «Там звук лучше», – говорит он и у меня нет оснований ему не верить. С бара концерт смотреть непривычно, потому что не хватает энергетики толпы, но при этом звук и правду стал чище, да и видно больше. Да и группы «Линда» стадионное звучание, которое, как и полотна импрессионистов стоит воспринимать с большого расстояния. Да около сцены видны «мазки» и «структура» концертного полотна, но общую картину раскрывает только расстояние.


В 90-ые певица Линда (настоящее имя Светлана Гейман) была популярна настолько, что первые её концертные туры сопровождались беспорядками и скандалами. Первые треки исполнительница радиостанции не хотели пускать в эфир и первой Линду поддержала «Европа плюс». И всё потому что дебютный альбом «Песни тибетских лам» не вписывался ни в одно музыкальное направление. Песни, созданные в коллаборации Линды и её продюссера Максима Фадеева можно смело назвать революционными для того времени. Мой спутник с первых нот узнаёт композицию «Северный ветер». Говорит, что тогда «это было нечто новым, особенно припев».

Хоть группа играет добротно, но всё же чего-то не хватает. Есть плюсы в том, чтобы смотреть концерт с комментариями музыканта. Выясняю, что потрескивание, которое раздражает меня с первой песни, не проблемы с аппаратурой, а эффект, который по идее должен добавлять объёма звуку, но здесь он должно не отстроен. А со скрипкой и вовсе надо быть острожным, потому что её появление может легко превратить трек из композиции для рок-площадки, в прекрасное звуковое сопровождение, но для кабака.


Концертной программе «Линды» не хватает как раз драматургии, которая держала бы в напряжении от начала до конца. Тогда зрители не гуляли бы по танцполу во время новых песен. Понятно, что на одних хитах программу не построишь, но всё же «старое и любимое» контрастировало с относительно свежим материалом. В «Вороне» впервые за весь концерт потрескивание клавиш зазвучало «в тему». На «Цепи и кольца», «Мало огня», «Сделай тише», «Отпусти меня» и других композициях с нескольких первых альбомов про анализ происходящего забыла напрочь. Соло- и бас-гитары, ударные, клавиши, скрипка и голос самой Линды заставляли забыть о том, какой сегодня день недели и где вообще нахожусь. Когда-то Линду сравнивали с Мэрлином Мэнсоном и не случайно: мистика, хоть и разного калибра, в песнях обоих исполнителей завораживает и притягивает. Старые песни Линды вне времени, поэтому думаю, поклонники ещё не один год будет петь «Отпусти меня, у меня внутри/ Будут биться птицы, ты на них смотри».

Последние новости

19 Июля 2018, 19:00 Анастасия Васильева
В России появятся цифровые фабрики одежды
Архив новостей