Краудфандинг в России: учить или учиться. Интервью с Егором Ельчиным

В рамках специального проекта Института неформального образования и «Моего портала» каждую неделю мы будем общаться со специалистами из разных сфер об образовании и самообразовании, нужных навыках и роли диплома о высшем образовании в жизни успешного человека.

Первым, кто ответил на наши вопросы, стал пионер российского краудфандинга, куратор образовательных программ «Школы краудфандинга» Planeta.ru Егор Ельчин. В сентябре он рассказывал тюменцам о краудфандинге, где мы и задали ему несколько вопросов.

Вас называют пионером российского краудфандинга. Насколько определение «Пионер» подходит?

– Безусловно подходит. Зарю краудфандинга встречал в Planeta.ru. Площадка запустилась в июне 2012 года, а я там работаю с мая 12-го. Перед официальным стартом я влился в коллектив и стал познавать, что это такое и как это работает.

Я думаю, что не все понимают, что такое краудфандинг. Словосочетание английское, что это такое и с чем его едят?

– Да, слово страшное, даже выговорить тяжело. Это, действительно, проблема, с которой мы в последнее время сталкиваемся все реже и реже. Краудфандинг для русского уха звучит очень тяжело. В начале нашего пути люди воспринимали это вплоть до личного оскорбления. При этом морфология слова очень простая: крауд – толпа, фандинг – финансирование. Если на русский перевести, то получается словосочетание: «Народное финансирование». Но и с ним тоже не все так хорошо. Когда говоришь народное финансирование, идут ассоциации – «пожертвование», «шапка по кругу», «с миру по нитке». Народ у нас пуганный, многие понимают народное финансирование как добровольно-принудительные поборы, либо наоборот начинают считать, что сейчас начнут финансировать народ.

У вас своя школа. Чему учите?

– Мы учим краудфандингу – не больше, не меньше. Но мы должны понимать, что краудфандинг это мультиситемная история, которая охватывает сразу несколько дисциплин, которые обязательно нужно использовать.